Венсан Лавернь: старые здания нужно адаптировать к новым условиям

Как общественные процессы влияют на развитие архитектуры?  Откуда в Европе появились первые урбанистические идеи?  Как сейчас можно что-то изменить в городе, исходя из задач настоящего и ближайшего будущего? Об этом в рамках Форума пространственного развития рассказал французский архитектор и урбанист Венсан Лавернь. Тему своего выступления перед петербургской публикой он обозначил как «Город и общество. Город как общее культурное строительство: между материальным и нематериальным».

Крест в основе города

Архитектура не существует сама по себе, архитектор должен учитывать все процессы, которые происходят в городе, считает Венсан Лавернь. Он процитировал писателя Виктора Гюго: крупнейшие памятники прошлого – это творение  не столько отдельной личности, сколько целого общества.

Древние города были обнесены защитной стеной, имели фортификационные укрепления. По словам архитектора, сам план нового города создавался во многих регионах по одному и тому же принципу. «Выбиралось  равнинное место, с небольшим спуском к источнику воды, - рассказывает Венсан Лавернь. – Затем человек, занимавший главенствующее место в религиозном культе, приходил на это место, вставал на возвышение, разводил  руки, и по ним прочерчивались  линии, которые закладывали в очертание  будущего города.  Потом самый сильный воин вставал на это место, кидал свое копье и там, где оно падало, закладывались пограничные территории города.  За пределами границ – хаос, внутри – нечто упорядоченное»,  - поясняет  Венсан Лавернь.

Монастыри и аббатства, как считает эксперт, создавались за пределами города, чтобы отчасти укротить тот самый хаос.  Практически везде на городских планах можно встретить своеобразный  крест, где  сосредоточены все ветви власти – и политической, и военной и религиозной. Именно он со временем становится местом столкновений интересов. Так, в Болонье  башня, построенная для государственных  нужд, в два раза выше, чем кафедральный  собор, чтобы продемонстрировать, что феодальная  власть в городе выше и важнее. Параллельно  на планах города  начинает отмечаться  частная собственность, общественные и религиозные учреждения. Таким образом, начинается диалог между частным и общественным.

Революция зарождается в пригородах

Однако одно дело – создать город, и совсем другое – поддерживать его в чистоте и порядке.  Париж  в 1832 году пережил страшную эпидемию холеры, унесшую жизнь около десяти тысяч человек. Одной из причин распространения смертоносной заразы стал госпиталь,  построенный в центре города: именно туда стекались все больные. После этого общественность задумалась, как сделать так, чтобы этого больше не повторялось. «Можно сказать, что урбанистика зародилась  скорее по санитарным и социальным причинам, чем по политическим» – подчеркивает Венсан Лавернь.

Впрочем, политические и экономические процессы также влияли на формирование структуры городов. Так, например, по словам архитектора, в Париже было две стены.  Одна – фортификационная граница,  вторая – налоговая, при её пересечении все, кто ввозил в город товар, должны были платить пошлину. Понятно, что не каждый фермер собирался отдавать свои средства городской казне, поэтому многие из них селились за налоговой границей, образуя пригороды.

«Уже за первые сто лет пригород разросся, в нем выросло целое поколение людей, не привыкшее подчиняться государственной власти. Поэтому, именно здесь началось  зарождение  либерализма, оппозиции,  и  как следствие - Французской революции» – объясняет эксперт.

От истории к современности

Жизнь города от архитектуры неотделима, констатирует французский эксперт. Он рассказал, что сейчас его компания работает над проектом жилого квартала на месте той самой фортификационной линии в Париже. Бульвар, расположенный на её территории, собираются модернизировать, создав  новые пассажи,  переходы для соединения разных частей города.   «Квартал состоит из 85 жилых зданий, спортивного центра и центра по переработке крупногабаритного мусора, - говорит Венсан Лавернь. - Идея в том, чтобы создавать большие здания, которые бы воплощали неоднородность и разнообразие. В одном районе должны присутствовать и жилые дома, и центры активности, и пространства для переработке отходов».

В Париже перестали демонтировать и разрушать дома, построенные в другую эпоху, с гордостью отмечает Венсан Лавернь.  По его словам, администрация ищет возможности адаптировать старые здания к новым условиям.  Французский архитектор – сторонник современных  проектов,  вписывающихся в историческую ткань города.

Тем не менее, признается он, неоднозначную реакцию общества никто не отменял. Выступление градозащитников, судебные процессы – все это присутствует. «Когда представляешь свои проекты, всегда одна часть аудитории вас ругает, другая – аплодирует. Потом они начинают драться между собой, а вы выходите через потайную дверь» – рассказывает Венсан.

Архитектор рассказал, что сейчас жилые и транспортные зоны  вблизи Парижа сейчас переживают трансформацию, и связано это с Олимпийскими играми, которые ожидаются во французской столице в 2024 году. «В Париже будут Олимпийские игры, а значит уже строятся олимпийские объекты, - говорит Венсан Лавернь. - Создается новая транспортная сеть.  Каждый вокзал станет центром нового пояса, который сейчас создается вокруг Парижа. Это такой элемент, вокруг которого создаются новые культурные учреждения и общественные пространства».

Елена Петровская

 

 

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.